Авторство: Московский комсомолец

Кидайте в меня камни, но Собчак права!


15.04.2012 СМИ/Патриарх Кирилл

В настоящей публичной политике всегда были и останутся важны две вещи:

 
— слышать главный, доминирующий запрос общества (избирателя);
 
— уметь правильно ставить вопросы — ибо, не поставив правильных вопросов, невозможно найти верные ответы, пусть даже между вопросом и ответом — дистанция в целое поколение или того больше.
 
Мне представляется, что нынче в российском обществе отчетливо начинает доминировать запрос на искренность. Всем смертельно надоел политический постмодерн конца XX — начала XXI века, который означает, что политик (общественный деятель):
 
а) в 90% случаев не верит в то, что говорит;
 
б) как правило, заведомо не собирается выполнять свои предвыборные обязательства.
 
И это считается совершенно нормальным, даже по-своему добродетельным, по крайней мере в политическом классе.
 
Практически все политики старшего поколения у нас — дети этого самого постмодерна.
 
Когда видишь Жириновского, который во время «отчета» (без кавычек здесь сложновато) Путина в Государственной думе начинает с высокой трибуны шутить о двух дополнительных местах в Мавзолее — для себя и Зюганова, хочется сделать очень серьезное лицо и сказать ему:
 
— Владимир Вольфович, ей-ей, не смешно. Больше не смешно. И неинтересно. Нам отныне не важны ваши обычные приколы про Мавзолей или про что-то другое. Кстати, это же вы еще 20 лет назад придумали, что можно назвать партию либерально-демократической, чтобы официально выступать против либерализма и демократии? Это вы первый — талант, понимаешь! — в России догадались, что можно собрать с избирателей голоса под одно, а потом отдать их под совершенно другое? Что можно порвать на предвыборной груди шелковую рубашку, а потом по высокой цене продать ее Кремлю? И вы занимаетесь этим всю жизнь. Может, довольно? Вам 65 лет, скоро будет 66. Вы хотите уйти в историю со всеми этими циничными приколами — и только? Может, вам все-таки пора на пенсию, пока не поздно? А партию передать молодым?
 
А когда во время того же «отчета» слышишь стенания лидера КПРФ по поводу базы (транзитного центра?) НАТО где-то под Ульяновском, подступает к горлу желание выплеваться и подсказать Зюганову:
 
— Геннадий Андреич, ну чего вам далась эта база, которая для нынешней России не имеет почти никакого значения? Хотите привлечь дополнительные 3% электората? А зачем они вам, если за власть вы не боретесь и никогда не боролись? Если вы еще в 1996-м слили президентские выборы, на которых могли победить? Может, вам тоже лучше на выход?
 
Когда же «национальный лидер» на полном серьезе утверждает, что к 2018 году всякий россиянин будет жить 75 лет, а на отмену псевдовыборов мэра Астрахани он, Владимир Путин, никак повлиять не может (хотя может все решить одним звонком), — это уже просто классика постмодерна.
 
На всем этом фоне относительно прилично смотрится, как ни странно, «Справедливая Россия». Которая вышла из думского зала после ответа Путина про Астрахань и помчалась туда поддерживать голодающего кандидата в мэры Олега Шеина. Партия, созданная как вторая кремлевская нога, похоже, неожиданно поняла, что на одном постмодерне теперь можно доехать лишь до политической смерти. Интересно, насколько хватит «эсеров», сохранятся они в целости или расколются — на «умеренных» и «буйных».
 
Но, так или иначе, россияне, кажется, уже созрели до политического модерна — когда политик верит в то, что говорит, и борется за власть, чтобы реализовать свою подлинную, широко объявленную программу. Среди молодого поколения, не представленного в официальных государственных институтах постсоветской России, такие люди уже типа появляются. И, как ни удивительно это прозвучит для многих, одним из таких политиков рискует стать Ксения Собчак. Которая в последние месяцы быстро эволюционирует из звезды гламурного авторитаризма в серьезного оппозиционера.
 
Ибо Ксения Анатольевна, похоже, владеет важным для политики модерна искусством — умением ставить правильные вопросы (см. выше). За минувшую неделю она как минимум дважды поставила их ребром.
 
Первый вопрос прозвучал в ее ток-шоу «Госдеп-2»: должен ли Патриарх Московский и всея Руси Кирилл Гундяев уйти в отставку?
 
Радикальненько? Да, но вполне справедливо. Если помните, мы с вами еще пару месяцев назад обсуждали на страницах «МК», что в скором будущем лозунг «Церковь без Гундяева» станет одним из опорных для осмысленного протестного движения, может, даже поважнее, чем «Россия без Путина». Так оно постепенно и происходит.
 
Дмитрия Медведева часто упрекают в том, что за 4 года президентства он не сделал практически ничего. Кирилла Гундяева в этом не обвинишь. За три года патриаршества он совершил почти невозможное: в хлам дискредитировал вверенную ему Русскую православную церковь Московского патриархата (РПЦ МП), превратив ее в посмешище, причем какое-то злобно-грустное. Если в начале 2009 года, когда Кирилл стал предстоятелем, РПЦ МП как общественный институт могла считаться потенциальным духовным проводником русского народа через пустыню имперского распада, то сегодня она прочно ассоциируется с чем-то совсем иным.
 
Например, с часами «Брегет» то ли за 30, то ли за 80 тысяч долларов. Которые исчезают с официальных фотографий с помощью «Фотошопа». С элитной квартирой в столичном Доме на набережной, ради ремонта которой с патриаршего соседа, смертельно больного священника, бывшего министра здравоохранения о. Георгия Шевченко представительница Гундяева умудрилась через суд взыскать почти 20 млн. руб. ($666 тыс., как подметили зоркие наблюдатели) на удаление какой-то «нанопыли». С бандой городских сумасшедших, объявивших себя «православными экспертами» и терроризирующих мирное население прожектами «храмов одноразового использования». С бесконечными скандальными высказываниями церковных спикеров типа протоиерея Всеволода Чаплина, намедни вновь отличившегося таким пассажем: «Нет ничего плохого, что патриарху или священникам дарят дорогие предметы быта. Это не просто мирской престиж, но и убежденность, что епископ — это образ торжествующего, царствующего Христа, поэтому ему приличествуют дорогие вещи». На что уже даже официальный церковный интеллектуал протодиакон Андрей Кураев возмутился в своем блоге: «Может, оставите свою апологию стяжательства, карьеризма и должностной непогрешимости? Хотите жить богато — живите. Но Веру нашу не троньте и Евангелие Христово не подменяйте».
 
Судя по всему, за разрушение авторитета РПЦ МП ее предстоятель должен-таки по-христиански ответить. В конце концов, что может быть прекраснее для монаха, чем оставить должностные заботы и провести остаток дней в молитве и созерцании?
 
Другой, по мне, совершенно верный вопрос Ксения Собчак поставила во время вручения кинопремии «Ника». Когда актрисам Чулпан Хаматовой и Дине Корзун, основательницам благотворительного фонда «Подари жизнь», вручали спецприз за гуманитарные заслуги. Собчак спросила Хаматову, которая в начале года записала агитационный ролик за кандидата в президенты Владимира Путина: а если б не благотворительность, стала бы та поддерживать «национального лидера»?
 
Зал освистал Ксению Анатольевну. А вручавший премию нар. арт. РФ Евгений Миронов сразу обвинил ее в том, что она работает чисто ради пиара — в отличие от святых и безгрешных Хаматовой—Корзун.
 
Но тут, как любит говорить на очных ставках добрый друг русского народа товарищ следователь, в показаниях имеются противоречия.
 
Если Хаматовой—Корзун пиар не требуется, то зачем тогда брать за свои усилия громкую премию, помпезно-гламурное вручение которой транслируется по целому Первому каналу? Нет ли здесь неискренности? И не должна ли подлинная благотворительность быть анонимной, когда левая рука не знает, что делает правая? Ведь Господь ценит не столько поступки, сколько их мотивы. И любое доброе дело, совершаемое из гордыни (тщеславия), в плюс не засчитывается — это как бы давно известно.
 
И еще. Помощь больным детям — это очень хорошо, кто бы спорил. Но проблема в России — совсем не в отсутствии благотворительных фондов. А в том, что у нас... как бы это сказать... несколько развалена медицина, особенно детская. И если кто-то открыто и публично поддерживает власть, не льет ли он тем самым воду на мельницу этого развала? Не входит ли это в диссонанс с безусловно благими намерениями фонда «Подари жизнь»?
 
Так что кидайте в меня произвольных размеров камни, но, как по мне, Собчак права. Будучи политиком новой формации, она не только имела право, но и должна была задать свой вопрос. Я не знаю, на чем успокоится ее политическое сердце (за последние 15 лет ваш покорный слуга повидал много политических карьер, которые начинались хорошо, продолжались блестяще, а завершались — позорно). Но хочу пожелать удачи.
 
c

Посмотреть и оставить отзывы (24)


Последние публикации на сопряженные темы

  • Первое пришествие патриарха  Кирилла в богоспасаемый град Пензу
  • Гундяев признал действие законов физики на святую воду
  • Приближается День тезоименитства патриарха
  • Новое искушение патриарха
  • Молитвы патриарха похожи на проклятие

    Пришествий на страницу: 2390